Современный человек в потоках информации и различных дискурсах потерял точку опоры и отчаянно пытается ее найти. Эта точка опоры должна быть точкой соприкосновения с истинной, подлинной жизнью, в которой есть место сильным эмоциям и переживаниям, телесным (тактильным) ощущениям. Именно тем ощущениям, которые оказались репрессированными в нашу информационную эпоху. И все это выражается в бунте тела, в экстремальных практиках, в актах саморазрушения. Так как только это сейчас дает ощутить себя как живого, чувствующего и реально существующего. Ведь современный мир с его виртуализацией дает очень веские основания человеку усомниться в своей реальности.

В современной ситуации человек обезличен, отцифрован, отчужден, и это порождает серьезную проблему. В том числе и политического характера. В силу вышеупомянутых условий, человек стремится к олицетворению власти, к установлению с ней настоящих, личных отношений, несмотря на то, что в силу личностности, эти отношения приобретают более жесткие формы. Более того, именно более жесткие формы власти видятся более привлекательными, так как дают возможность полнокровного проживания конкретных жизненных ситуаций, создавая ситуацию экзистенциального напряжения и риска. Того, чего так не хватает современному человеку информационной и виртуальной эпохи.

И вывод из этого очевиден. Грядет время постинформационного Вождя\Фюрера. И связан он будет с кровью. Потому что именно жертвенная кровь способна восстановить покой и уверенность в чувствах, мыслях, делах. Именно кровь есть подтверждение контакта тел, именно кровь символизирует выбор и действия наперекор естественно-энтропийному ходу вещей, именно кровь означает победу над своим страхом.